Монолог о загонной охоте

Любая охота, а тем более коллективная, требует от охотника не только неукоснительного выполнения правил загонных охот, но и уважительного отношения к товарищам по охоте и организаторам загонов.

Фото Дмитрия ЩАНИЦЫНА

Фото Дмитрия ЩАНИЦЫНА

Поэтому не стоит вспоминать о высоких рангах и былых охотничьих заслугах и успехах.

Не нужно стесняться задать егерю вопрос и не нужно обижаться на сделанное дельное замечание.

Здесь можно порассуждать как об охотничьей этике, так и об общей культуре, воспитанности и взаимной благорасположенности.

Безусловно, это относится не только к охотничьей команде, но и к принимающей стороне.

К сожалению, в последнее время меркантильные взаимоотношения охотник — охотпользователь зачастую выхолащивают суть охоты, превращая выслеживание и добычу зверя в мероприятие по отстрелу заказанного количества дичи.

В некоторых частных охотхозяйствах для «себя любимых», где охота только для избранных, егеря расчищают просеки, делая их проезжими для квадроцикла и снегохода, негоже «приличным» людям пешком по лесу ходить.

Не буду кривить душой, но, думаю, у каждого охотника, после того как уминать сугробы пришлось не один километр, в голове проскальзывало, вот бы сюда на вездеходе забраться.

Но моторизированные охоты, даже весьма успешные, быстро стираются из памяти, а «трудовые», часто в мельчайших подробностях, всплывают перед глазами, спустя много-много лет, заставляя заново переживать события дней прошедших.

Наша «бригада» численностью, редко превышающей 5 человек, в начале 90-х годов, уже на коммерческой основе, «припарковалась» в угодьях Румянцевского о/х ВОО.

За нами закрепили замечательного егеря Межевых Михаила Ивановича. У него в постоянных помощниках по охоте сын Сергей и брат Николай.

Вспоминая прошлые охоты, не могу припомнить случая, чтобы в загоне не оказалось зверя, а день прошел без выстрелов на номерах. Но завел я этот разговор не о добытых трофеях, а об одном охотнике из нашего коллектива, Семене.

Буду откровенен, думаю, Сеня не обидится. Спортивной формой он похвастаться не мог, скорее всего, спортзал обходил стороной, в отсутствии аппетита замечен не был, отрывать зад от стула его работа не требовала.

Животик обозначился отчетливо, лишних килограммов с десяток-другой присутствовало. Но охотником оказался удачливым. На каждой охоте его небесно-голубая куртка в обязательном порядке как бы притягивала лося, кабана или оленя.

На одной из охот по глубокому снегу пришлось вытаскивать крупного лося. Все умаялись основательно, особенно Семен. Глядя на его побагровевшее лицо, можно было понять, насколько тяжело ему давался каждый шаг.

Что было тогда ближе, инфаркт или инсульт, к счастью, осталось неизвестным. Уже вечером за столом с традиционной, по моему рецепту приготовленной печенкой, почками, сердцем и вырезкой, Семен поднял стопку за нашего егеря, его двух помощников, искренне поблагодарив Михаила Ивановича за трудовую охоту, позволившую ему почувствовать, что такое самоуважение, когда стрелок превращается в охотника.

Между делом замечу, что стол накрывался всегда для всех участников охоты и туша зверя рубилась на всех поровну — охотников, егеря и его помощников.

Несколькими предложениями, сказанными чуть выше, я упомянул об удачных, как правило, загонах. Понятно, что гнать возможные пустышки или вслепую, при наличии снежного покрова, желания ни у кого не было.

Вот здесь и проявлялись ответственность егеря и мастеровитость его помощников, коими нередко приходилось быть мне и кому-то из охотников.

Даже обойденный с вечера оклад без проверки утром Михаил Иванович прогнать не позволял.

Сегодня многие заметят, мол, в прошлом были егеря не то что теперь. С этим можно согласиться, но с оговоркой, не везде и не всегда.

Например, Заболотское о/х СВОО Генштаба (прошлые названия), на охоте правление и работники Совета и «примкнувший» к нам генерал-полковник из ГШ. Первый день прогоняли вхолостую, в загонах лося не оказалось. Кто виноват? Давать оценку не буду, думаю, и так все ясно.

Монолог о загонной охоте

 

 

Фото Антона ЖУРАВКОВА

Второй день. Главный охотовед Совета Саша Гоппе, скорее всего, получивший от председателя «замечание», перешедшее в «нагоняй» егерям, уже с утренней проверкой предстоящего места охоты, проводит загон по всем правилам.

В итоге лось взят, корова и сеголеток тоже. Не обошлось без конфуза. Старший егерь Бухаров, напутствуя охотников, предупредил: «Если на номер выходит корова с телком, первым стреляется сеголеток, взрослый лось — вторым выстрелом».

На зампредседателя как раз и вышла такая пара. Посчитав, что лосиха — это бык, а телок — корова, он, как рачительный охотник, уложил «быка», благо, что сеголетка взял стрелок на крайнем номере.

К чему этот короткий рассказ?

Многие охотники и в прежние времена мало что знали об охоте на копытных, мол, лося с кабаном не перепутаю, и слава богу. А о таких премудростях, как выволока и поволока, определяющих направление хода зверя, если прежде слышали, то в настоящее время в этом и нужды, как правило, нет.

Прогнать загон и не заблудиться — тоже определенный навык нужен был. Нынче в загон мало кто ходит. Плохо это или хорошо, решать не берусь, но пропадает еще одна составляющая загонных охот, достаточно увлекательная, порой сложная, отнимающая немало сил, но, не пройдя которую, зверовым охотником считаться не следует.

Цена лицензии на копытных для своих членов охотничьего общества, прежде называемая спортивной, ныне порой приближается к коммерческой. Хозяйство старается не упустить возможность «продать» своих загонщиков, а в некоторых случаях, определяя минимальный состав стрелков, дополняет местными егерями стрелковую линию.

Получается, что, как в прежние времена, за мясом едем или все-таки охотиться? Тут мнения охотников и охотпользователя не всегда сходятся.

Порой, просматривая видеоотчеты с загонных охот, ловишь себя на мысли, какой-то выхолощенной охота получается, или различные гаджеты вносят в процесс что-то новое, интересное, для охотников старой формации просто непонятное.

Рация на охоте — раньше времени загон не начнут, пока стрелки не расстановятся, зверь взят — сообщат, кричать «отбой!» по стрелковой линии нет надобности, загонщики по навигатору от направления не собьются.

Еще «круче» преследование подранка по кровяному следу, ориентируясь треком навигатора, по рации сообщать, куда бежать стрелкам, чтобы перехватить подстрела. Все это при условии, аккумулятор на морозе не разрядится, а если…

А ведь раньше давали время раненому лосю успокоиться, залечь, обрезали участок леса, ставили стрелков и кричан, а если к лежке на выстрел посланному по следу охотнику подойти не удавалось, уже дружно все гнали с голосом, пуская собаку, если такая имелась.

Одним словом, охота продолжалась, или лучше бегать по просекам с заряженными ружьями, ориентируясь по радиосообщениям.

Откровенно говоря, с ходу, когда последний раз был на загонах по копытным, точно не скажу. Так что приглашение составить компанию погонять лосей застало врасплох. Вся охотничья амуниция далеко в деревне, благо, что ружье при мне.

Меркантильная сторона не особенно удручала, приятель имел заметную скидку на услуги данного хозяйства. Кроме этого, как я сразу догадался, моя основная ценность не стрелковые навыки, а равнодушие к алкоголю, что в компании автомобилистов-охотников-рыболовов ценится высоко.

Одним словом, мне намекнули, что на обратном пути все рассчитывают на меня.

В конце ноября практическое бесснежье, многоследица на остатках снега после оттепели, следовательно, загоны слепые, в местах традиционных, оборудованных полувышками, что в первую очередь предохраняет охотников от нерадивых стрелков.

Вездеходная техника, ходить практически не пришлось. Развезли, поставили, прогнали, лосей нет. Переехали, прогнали еще раз — пусто. Перекусили, третий загон, начало темнеть. На моего приятели вышел неплохой бык, один выстрел патроном 9,3х62, охота завершена.

Единственное, что осталось прежним, застолье под печенку, пока егеря шкурили лося и рубили пайки. Предложение пригласить их к столу особого энтузиазма не вызвало, просто отправили «сухим пайком» пару бутылок горячительного.

На обратном пути все уснули, во всяком случае, в нашей машине. Так в полном молчании и въехали в город.

Автор: Михаил Галась

Источник ➝

Нежданный гость

Лето уже было на излете. Сижу с удочками под обрывом, берег позади — обрывистая стена, по которой чуть ли не до воды свисают девичьими косичками переплетающиеся меж собой корни шиповника. Ягоды на кустах уже налились, краснеть начинают — вот-вот созреют.

Пока еще не вечер, клева почти нет. Взялся только окунек с четвертушку, но заглотил червя так глубоко, что чуть ли не со всеми внутренностями пришлось крючок вынимать. В садке он трепыхнулся несколько раз и заснул, перевернулся вверх брюхом и затих.

Я ждал новых поклевок. Аркаха — напарник мой — расположился за кустами поодаль, притаился, сидел ниже воды, тише травы: тоже, видать, стороной удача обходила. Безмолвие царило полное: ни рыбьих всплесков, ни птичьих пересвистов.

Осторожный зверек

Вдруг сверху услышал какие-то звуки непонятные — кто-то фыркал или носом шмыгал. Обернулся, поднял голову и взглянул на шиповник: вот это да! Гость объявился! Да и какой!

С тропы, по которой я подходил к обрыву, на меня смотрела маленькая остроносая мордочка. Лисенок! Я только чуть приподнялся — он тут же исчез. Мне пришлось затаиться снова, но теперь уже сидел в полоборота и наблюдал сразу и за поплавками, и за проемом на тропинке — не появится ли зверек снова.

И он не заставил себя долго ждать. Сначала робко показалась его мордочка, потом лисенок осмелел и вновь поднялся во весь рост на самом краю обрыва и снова фыркнул, словно давал знать о себе. Но, только стоило мне шевельнуться, зверек тут же развернулся... и поминай как звали, будто его и не было!

Подарок для лисенка

Решил я этого неожиданного и боязливого гостя угостить. Достал из садка уже недвижимого окунька и немного поднялся наверх по склону, придерживаясь за свисающие лианы корней. Потом будто на высокую полку выложил на примятую траву заснувшую рыбку и, осыпая песок, скатился к торчащим над водой удочкам.

Пока я их проверял да обновлял на крючках насадку, не до лисенка было. Даже головы не задирал на свисающие с берега заросли шиповника. Закончил с удочками, забросил их, обернулся и... даже замер, стоял, как вкопанный, даже шевельнуться боялся!

Маленький лисенок был там, на прежнем месте. Он вытягивался и мордочкой по сторонам водил. Пугливости, как я заметил, у него уже меньше стало. Не убежал при первом моем движении, а лишь попятился и сжался в комочек.

Вторая порция

У меня появилась догадка: похоже лисенок уже стрескал окунька и еще выпрашивает. Я наклонился к садку, вынул второго и осторожными шагами подошел к обрыву. Тут уж у зверька смелости не хватило: убежал, только хвостом махнул.

Пришлось мне альпинистом карабкаться наверх. Я оперся локтями на притоптанную дернину и оглядел тропинку, уводящую в густые заросли. Ни окунька того, ни лисенка…

Выложил вторую рыбку, немного подождав, с шумом скатился вниз. Только отряхнулся и снова уселся на стульчик, как мой лесной гость тут же объявился. Он глянул на меня, схватил угощение и... был таков!

Сомнения напарника

Тут верхом сквозь густые колючие заросли пробрался ко мне Аркаха. Надо, мол, рыбу ловить, а ты все куда-то ползаешь!

— Или у тебя там клев начался? — поинтересовался напарник.

Я рассказал ему о своем необычном госте, но Аркаха, похоже, не принял это за чистую монету.

— Да ну, мол, показалось тебе… — отрезал он. — Какой может быть лисенок? До леса отсюда палкой не добросить…

До самого вечера я нет-нет да и стрелял глазами на обрывистый берег. Но зверек так больше и не показался. То ли Аркаха его напугал и он убежал куда-нибудь с глаз людских, то ли — уже сомнения меня начали брать — его и не было вовсе. Может, птица какая меня объегорила или кошка из ближайшей деревни прибегала?

Ночной визитер

Опустилась ночь. Мы с Аркахой сидели у костра, чаи гоняли, тихо беседовали, чтобы перезвон бубенчиков не прослушать. И вдруг в стороне от нас глаза чьи-то сверкнули. Притихли мы, стали присматриваться и увидели, что это лисенок крадется.

Вот он все ближе и ближе, совсем скоро рядом будет. Но тут костер громко стрельнул, и зверек сразу же с шумом бросился наутек. Вскоре появился снова, но уже с другой, плохо освещенной, стороны.

А я тем временем уже приготовил ему угощение — трех или четырех уклеек. Осторожно подбросил их навстречу гостю. Он сначала испуганно отпрянул в темень, а потом показался вновь и одну за одной отнес всех рыбок в непроглядную чащу.

Пригодившаяся рыбья мелочь

Утром, когда мы уже были около удочек, зверек снова подходил к костру и даже осматривал наши рюкзаки, что-то вынюхивал, находил и подбирал за нами. Уезжая домой, я и Аркаха отложили под кустик неподалеку от костра рыбьей мелочи, которую специально не выбрасывали, а оставляли для столь смелого и доверчивого лисенка. Однако он в тот день больше не появился.

Но до конца сезона, когда мы приезжали рыбачить на это место, рыжий зверек был тут как тут! Он или сразу показывался нам на глаза, или вечерами приходил к полыхающему костру. И мы всегда первым делом запасались мелочью, чтобы не ударить в грязь лицом перед гостем, чтобы было чем его угостить...

В начале октября я вновь побывал там. Приезжал не столько из-за рыбы, которая уже начала скатываться с перекатов, сколько из-за него, маленького лисенка. Всю ночь палил костер, оглядывался по сторонам. Но он так и не пришел. То ли охотники его напугали суматошной пальбой по уткам, то ли повзрослел и осторожнее стал — решил прятаться где-то от глаз людских… А впрочем, все может быть…

Алексей Акишин, Костромская область

Картина дня

))}
Loading...
наверх