За северным оленем

охота на северного оленя

На Таймыре наступает главная охота сезона. С нетерпением и надеждой местные жители ждут новостей: когда пойдет северный олень, где в этом году будут проходить его миграционные пути. От гор Бырранга кочующие стада после отела и летнего нагула идут на юг — в таежную зону Эвенкии и Якутии.

Охотники еще до начала ноября готовят снаряжение.

Ремонтируют технику, приобретают лицензии и патроны, пристреливают оружие. Приводят в порядок охотничьи избушки и планируют предстоящие походы и поездки.

И вот накануне праздников, получив от друзей достоверную информацию о появлении небольших групп оленей недалеко от города, я ранним морозным утром выехал на своей верной «девятке» в сторону Дудинки, в район Волгочана. В пяти километрах на север от дороги начиналась группа озер, где мне предстояло охотиться.

Утром стоял легкий морозец около 15 градусов. Наста не было, и широкие охотничьи лыжи казались нелишними. Из оружия у меня имелся карабин «Барс», пристреленный, с хорошей настильностью и убойностью, с шестикратной оптикой. Приобрел я его недавно, и теперь предстояло опробовать его в охоте на северных оленей.

В рюкзаке лежали мешки, веревка, аптечка, запасные носки и рукавицы, термос с горячим чаем. Привычно проверил по карманам документы, мобильник, спички, запасную обойму. Встал на лыжи и не спеша, чтобы не запариться, взяв курс на север, поскользил по белому покрывалу нашей тундры.

Как ни велико было мое желание быстрее добраться до озера, я сдерживал себя, понимая, что спешка нужна при охоте другого порядка, а здесь торопиться не надо: моментально вспотеешь, и термобелье не спасет. А ходить весь день в мокрой одежде, хоть и в легкий мороз, неприятно и даже опасно: можно быстро простудиться.

Встреча с другим охотником

Сначала прошел по бывшей вездеходной дороге, обозначенной по обеим сторонам мелким кустарником. Всюду виднелись крестики куропачьих набродов и заячьи следы. Но мне было сейчас не до них. Дальше спустился на лайду, которую одолел за полчаса, и начал подниматься по еле угадываемой тропинке на бугор.

Уже немного рассвело, и впереди в утренней дымке угадывалось озеро Сиговое. Где-то внизу, у самого берега, примостилась избушка знакомого охотника и рыбака из Талнаха, а дальше лежал светлой пустыней водоем, край которого сливался с белесой синевой полярного неба. Я часто бывал здесь и один, и с друзьями.

В утренней тишине резко прозвучало скрипучее «керконье» куропатки. Сзади послышался скрип снега. Я положил руку на цевье карабина и оглянулся. Среди кустов показалась фигура охотника в зимнем камуфляже с оружием за спиной и с самодельной волокушей из жести. Когда он подошел ближе, стало ясно, что это друг хозяина избушки. Мы поздоровались. Я поинтересовался:

— Как охота?

— Вчера хорошо настреляли. До ночи пришлось разделывать. Надо сегодня вытаскивать к дороге, сейчас еще двое помощников подойдут. Неплохое стадо здесь паслось.

Он махнул в сторону заросших редкими деревьями и кустарником бугров справа от озера. Потом показал рукой на левую часть озера:

— Смотри, кажется, там олени пасутся.

Я достал бинокль и в мутных сумерках увидел на берегу озера пасущихся оленей. Их было около десятка.

— Ну что? Будем окружать? предложил я.

— Нет, нам хватит: все лицензии закрыли. Пойду в избу, а потом надо мясо вывозить.

— Хорошо, я попытаюсь подойти к ним незаметно за кустами по вездеходке.

— Давай. Удачи!

Он свернул вправо, а я снял карабин. Стряхнул с него снег, проверил затвор, прицел и переложил в правый карман запасную обойму. Дорога шла под уклон, и я, чтобы не мельтешить, шел, слегка пригнувшись, не спеша, часто останавливался, высматривая оленей.

Прицельный огонь

Животные спокойно паслись на большой поляне, копытили снег, добывая ягель. Перед тем как поравняться со стадом, я снял лыжи, рюкзак и почти на карачках, маскируясь кустами, подобрался к краю поляны. До оленей было метров сто.

Медленно привстал на одно колено, снял с предохранителя карабин, взял в перекрестие прицела крайнего быка, выдохнул и плавно нажал на курок. Прозвучал хлесткий, как удар плеткой, выстрел. Олень, подогнув передние ноги, завалился на бок.

Стадо резко кинулось вправо и через десяток метров остановилось, повернув головы в мою сторону. Я быстро передернул затвор, прицелился и выстрелил. Олени, как бы нехотя, двинулись к озеру.

После очередного перезаряжания гильза попала в перчатку, провалилась в казенник и там застряла. Я извлек обойму, но достать ее все равно не смог. Чертыхаясь и обзывая себя нехорошими словами за то, что не снял рукавицу до стрельбы, кое-как протолкнул ножом снизу стреляную гильзу.

Быстро вставил новую обойму, загнал патрон в ствол, поймал в прицел убегающего оленя и выстрелил. Похоже, он ткнулся в снег, а остальные животные выскочили на лед и, вытянувшись в цепочку, стали удаляться от меня вдоль берега.

Олени уже были на предельной дистанции около 300 метров. Я сделал пару выстрелов на удачу, но явно промазал. Не меняя строя, мелькая белыми пятнами своих меховых штанов, оставшиеся животные ушли на север.

Сначала подошел к первому оленю. Он лежал на боку, немного закинув назад голову с ветвистыми рогами. Я присел со спины и, еще не веря такой удаче, осторожно потрогал его серую теплую шерсть. На боку, в районе лопатки, темнела еле заметная дырочка от пули.

Потом прошел по ходу стада и увидел второго оленя. Он лежал на брюхе, подогнув передние ноги и уткнувшись головой в заснеженный куст полярной ивы. Меня поразили широко разведенные копыта на стройных и длинных ногах животного. Они позволяли ему свободно передвигаться по болоту и глубокому снегу.

Третий олень лежал у самого берега. Вот так за один выход я закрыл все свои лицензии. Правда, особых эмоций и радости у меня не было.

Таймырский бурлак

Теперь следовало разделать туши и думать, как вытаскивать мясо к машине. Первым делом перенес лыжи и рюкзак к первому трофею. Без спешки попил чаю и решил, что смогу сразу вытащить только одного оленя, печень, сердце и языки. За остальным мясом придется приезжать завтра.

Буртовка трех оленей почти без отдыха, с короткими перерывами на чай продлилась до шести вечера. Опыт разделки у меня уже был. Для этого нужны хороший нож и сноровка. Сначала снимается шкура, извлекаются внутренности, отделяются ноги. Чтобы не тащить лишнее, я острым ножом срезал мясо с туши животного. Не забыл снять камус с ног и забрал языки.

Распределив добычу в два мешка, «челноком» перенес их на верх бугра. Остальное мясо к тому времени уже успело охладиться. Я разложил его по двум мешкам и засыпал снегом. Рядом положил стреляные гильзы, чтобы отпугнуть песцов от своей добычи.

Свои широкие лыжи связал вместе, закрепил веревками оба мешка, сделал большую петлю, в которую впрягся и, как таймырский бурлак, потащил этот груз к дороге. Тропу уже успели укатать добытчики с Талнаха. Тянуть под гору было совсем нетрудно.

Лайду пересек уже часам к десяти вечера. Когда втащил свою поклажу на вершину очередной горки, выдохся и сам упал возле добытых оленей, сраженный усталостью тяжелого дня и непомерным грузом, который надо еще волочить до автомобиля.

Смутно помню, как шел последние метры, поднимал и переваливал мешки в багажник, заводил двигатель. Через какое-то время очнулся, ощутив теплую волну от печки. Заметил лампочку «поворотника», мигающую на приборной панели. Должно быть, включил его, когда садился в машину.

Допил остатки крепкого чая из термоса, немного передохнул, взбодрился и поехал домой. Охота на северного оленя успешно завершилась.

Геннадий Белошапкин, г. Омск

Источник