Последние комментарии

  • Борис10 декабря, 7:50
    Если заглотила крючок, можно просто отрезать голову и вынуть крючок будет много легче. Всегда так делаю.Извлечение крючка из пасти щуки
  • Геннадий Михайлович Кислов10 декабря, 6:10
    Угри, пиявки, семидыры - (суть - миноги), - паразиты...  Цепни, глисты,  оскариды, владельцы   (-Оскаров) - та же пар...Угорь, залез в нос тюлею
  • Лаврентий Палыч Берия10 декабря, 2:49
    Нефиг угрям лезть в чужое сырое место. Угорь, залез в нос тюлею

Бескровная охота

отлов оленей

Конец 80-х годов прошлого века, разгар зимы. И вдруг звонок телефонный из Воронежского заповедника от знакомого егеря: «Приезжай в следующий вторник — поохотимся знатно на благородных оленей!». Приглашение повергло меня в шок. «Как же так? — думаю. — Биосферный заповедник… и вдруг охота?». Но все же к назначенному сроку еще затемно подъехал на «Жигуленке» к центральной усадьбе, имея при себе зачехленную «Тулку» 16-го калибра и патроны, заряженные жаканами и картечью…

Меня, как журналиста, освещающего природоохранную тематику в областных изданиях, приглашение на охоту в заповедные территории несколько удивило, но и придало уверенность в какой-то грядущей интриге.

Так оно и случилось. Старший охотовед, встречая меня, рассмеялся:

— Это я надоумил помощника вызвать тебя, Юрий, с подковыркой. Вообще-то мы едем на отлов оленей, а не на охоту. Хотя и пострелять придется…

Предыстория отлова

Частенько в то время посещал я Воронежский, а по иному прозванию Графский, заповедник. Был в дружеских отношениях почти со всеми сотрудниками. И не один очерк о нем написал, вдохновленный дикой природой Усманского бора.

И тогда же в доверительной беседе спросил я как-то у старейшего научного сотрудника и основателя отечественного промышленного разведения бобров (кстати, его детища — «пушистые лесорубы» — заселили почти все водоемы России) Леонида Сергеевича Лаврова о былых охотах в заповеднике. Его ответ не удивил…

— Бывал здесь в 50-60-е годы ХХ века тогдашний министр сельского хозяйства Владимир Мацкевич. И даже построил в лесу домик. Но специальные охоты для чиновника не устраивались. Просто во время плановых зимних отстрелов кабанов ему предоставлялась возможность пальнуть. Животному-то все равно, от чьей руки пасть — егеря или министра. А о «царских» охотах не слышал, да и быть их конечно же не могло.

… В начале 70-х годов опять же уже канувшего в Лету минувшего столетия из-за многоснежной зимы и лютых морозов погибли сотни оленей и кабанов. И это, несмотря на то что работники заповедника и мы — тогда студенты-биологи — организовывали для животных расчищенные от сугробов подкормочные площадки.

В последующие годы с восстановлением количества копытных решено было расселять их в окрестные регионы, а чтобы вновь не допустить падежа, стали проводить регулирующие численность излишнего поголовья отстрелы…

Выезд

Осмотрев мою экипировку, старший охотовед изрек:

— Свой дробовик и патронташ оставь в собственной машиненке.

Взамен вручил мелкокалиберную винтовку с оптическим прицелом и добавил:

— Не за мясом, а за живьем едем!…

… «ГАЗ-66», вздрагивая на ухабах обшарпанной брезентовой оболочкой, уверенно прокладывает путь, пробираясь по снежной целине просеки. Двое пассажиров сидят в кабине, четверо — в кузове. Все мы внимательно осматривает окрестности в поисках зверя.

Рядом со мной сидит егерь по фамилии Благих, но товарищи зовут его по-свойски — Благой. Он носом приник к слюдяному окошку машины.

— Смотри: вон там лоси стоят! — тычет сосед мне локтем в бок. — Видишь?

— Нет! — с досадой в голосе бурчу я в ответ.

Благой нажимает на сигнальную кнопку, приделанную к борту. Грузовик останавливается.

— Что там? — раздается недовольный голос из кабины.

— Репортеру надо бы лосей показать.

— Чтоб вас разорвало! — звучит резкий ответ.

«Газон» начинает двигаться задним ходом. Я, наконец, сквозь мелкий редкий осинник замечаю лесных исполинов.

— Ну как? Насмотрелись? — осведомляется егерь и тотчас, так и не дождавшись моего ответа, командует водителю продолжить путь.

Понятно, что старшего бригады звероловов раздражают подобные задержки. Мы катаемся по отдаленным углам заповедника не ради развлечения или прогулки. Наша основная цель — поимка оленей. А кабаны, косули, лоси и другое зверье — это просто отвлечение.

Хитрая пуля

Не зря вручили мне вместо двустволки обычную «мелкашку». Хитрым патроном с обездвиживающей пулей она была заряжена. А придуман изголовник того «боеприпаса» воронежским зоологом Владилем Комаровым.

Внутри своей оболочки пуля содержит особое вещество, которое на короткое время лишает животное возможности двигаться. Вред от выстрела из «мелкашки» небольшой. При попадании пробивается только кожа, ранка быстро заживает.

«Хитрая пуля» была названа в честь своего изобретателя. Теперь она известна натуралистам во всем мире.

В наше время метод обездвиживания конечно же усовершенствовался. Сейчас появились и пневматические ружья, которые стреляют не пулей, а шприцем. Однако настоящий переворот в этой сфере сделал все же Комаров, создавший в заповеднике лабораторию иммобилизации (обездвиживания. — Прим. автора) диких животных…

Недостаточно просто подстрелить зверя особым «боеприпасом». Снадобье подействует только через несколько минут, а за это время возбужденное животное может уйти на значительное расстояние…

Первый выстрел

— Вот! — шепчет мне в ухо один из егерей и давит на кнопку, чтобы «Газон» остановился.

На опушке видна любопытная картина — застывший табунчик оленей. Я беру на прицел ближайшего к нам теленка, который насторожился, заметив замершую на полувздохе машину. Стреляю по нему прямо из окна будки. Он подпрыгивает на месте и бросается бежать за своим стадом, сшибая по пути мягкий снежок с ветвей.

— Через 10 минут начнем тропить, — объявляет охотовед, подошедший к заднему борту и, немного помолчав, добавляет. — А ты, Юрий, произвел верный выстрел! Не зря порекомендовал тебя на выезд директор!

В поисках «жертвы»

Идем к тому месту, где стояли олени. Наш командир обращает внимание на пучок шерсти, лежащий на снегу.

— Стрижка хорошая, а крови не видно, — говорит старший группы и указывает на утоптанную копытами тропинку.

Мы резво топаем по оленьим следам. Вскоре замечаем на снегу рубиновые бусинки. Должно быть, это капает кровь из маленькой ранки, получившейся в результате моего выстрела.

А вот и «жертва». На снегу лежит молодой полуторагодовалый самец, в наших краях их называют спичаками. У оленя немного дергаются задние ноги.

— Подождем, скоро он успокоится, — объявляет руководитель, опускаясь на корточки.

Одному из егерей не терпится: дома ждут гости. И он решает побыстрее связать ноги оленю. Спешка оказывает наказуемой. Извернувшись, младой спичак бьет парню копытом в пах. Тот, взвыв от боли, валится рядом с обидчиком.

— Теперь придется подождать, пока один оклемается, а другой в царство Морфея отправится, — шутит подошедший шофер…

Непредвиденное происшествие

Сегодня у нас удачный день. В кузове грузовика лежат три «добытых» оленя. Бока их вздымаются, из ноздрей облачками пара вырывается морозный воздух. У самца для удобства перевозки пришлось спилить развесистые рога. Процедура не причинила животному боли. Эти «украшения» уже давно успели окостенеть. Скоро олень сам бы их сбросил…

Брезентовый шатер «газона» сотрясается от взрывов смеха довольных звероловов. Они с удовольствием рассказывают анекдоты по пути на «базу». И вдруг общее веселье прерывается возгласом одного из егерей:

— Братцы, у оленухи язык вывалился!

Тут я замечаю, что животное, которое упиралось копытом в мой ботинок, перестало дышать. А звероловы тем временем уже приступают к началу реанимационных мероприятий. Освобождают от пут ноги самки, проводят закрытый массаж сердца, делают искусственное дыхание. Долго тянутся минуты…

— Все… «Кони нарезала»… придется отправить на… — говорит ближний ко мне егерь, но сразу замолкает, когда животное резко дергается и глубоко вздыхает.

— У-ф-ф! — вырывается у нас дружный возглас облегчения.

…Уже находясь в вольере на территории усадьбы заповедника, реанимированная оленуха «отблагодарила» одного из спасителей, боднув его хорошенько головой в живот…

Послесловие

О той первой бескровной охоте по отлову оленей напоминают мне висящие в прихожей развесистые рога. Но самое главное — остудил я тогда свой азарт. Ведь в охоте для истинного любителя важна не добыча в виде туши или шкурки ценного зверька, а именно поиск, погоня и как результат — верный выстрел. Всего этого я испытал сполна…

В ту зиму участвовал я в подобных мероприятиях неоднократно. Результат работы звероловов — десятки расселенных в различные регионы России благородных европейских оленей.

Жаль, что в наше время тот почин стал почти не востребован…

Юрий Демин, г. Воронеж

Источник