Успей поймать рыбацкое счастье!

Пызеп

Если смотреть с высоты птичьего полета, кажется, что центральная площадь города расположена на вершине огромной подковообразной дуги, образуемой рекой Чепцой. Посредине ее «пересекает» бетонный мост. Выше и ниже этого сооружения по течению реки примерно в ста метрах на разворотах дуги осенью появляются островки. Они становятся видны, когда значительно снижается уровень воды. Если в городе долго нет осадков, то эти «клочки суши» соединяются с берегом. Получается что-то вроде полуострова — излюбленное место для ворон, чаек, собак и детворы…

В нынешнем сезоне никто не жаловался на дефицит дождей. Островки надолго оставались скрыты буйно текущей красно-коричневой водой. В разгар осени ливни прекратились, река стала светлее.

Я заметил, что островки начали «всплывать», и понял, что пришла пора испытать свою удачу на рыбалке. Позвонил Леве и предложил на следующий день выехать до обеда на Пызеп.

— Нет проблем! — с готовностью согласился друг.

Мы договорились стартовать в девять часов утра. Я решил также пригласить на рыбалку соседа Володю. Звоню ему и спрашиваю:

— Ты где? Дома?

— Нет! В огороде…

— Тогда привези червей себе и мне… Завтра поедем на Ватэмкар.

Так мы называем одну из четырех крупных и высоких «красных горок» на реке Пызепе, расположенных в километре друг от друга. Если переводить с удмуртского слово «ватэм», то получится «спрятанная, таинственная, загадочная», а «кар» означает город, поселение. Выбранная нами горка скрыта в лесном массиве, ее трудно обнаружить, пока не подойдешь вплотную.

В устье Пызепа находится известное крупное городище «Иднакар». Оно, по мнению историков, появилось в девятом столетии, а в упадок пришло в тринадцатом. На остальных горках на реке в средние века тоже могли размещаться поселения…

Здравствуй, Ватэмкар!

Наши с Володей квартиры располагаются на одной лестничной площадке напротив друг друга. Без десяти девять мы уже выходим из дома, Лева ждет нас у подъезда. Во дворе на вершинах берез гомонит стая дроздов. Кричат вороны, сороки и мелкие воробьеобразные птички. Я предполагаю, что такая активность пернатых предвещает хорошую погоду…

С утра, правда, словно из пульверизатора, брызнул секундный дождик. Проезжая по Чепецкому мосту, замечаем, что верхний остров выглянул из воды. С такого расстояния он кажется размером со сковородку. Нижний островок пока представляет собой узкую полоску земли, смотрящуюся, как ремешок для наручных часов, поперек реки.

Пызеп катит воды с крупными желто-коричневыми хлопьями пены. Рядом — Солдырская гора в осеннем многоцветном убранстве. С деревни сворачиваем на луга, в сторону реки. Хорошая дорога сменяется еле заметной колеей посредине высокой травы.

— Ну хоть машину почистишь от грязи, — с улыбкой говорю Леве.

Чувствуется, рыбаки сюда редко выезжают. В этих краях и траву уже давно не косят на лугах, вот дорога и зарастает. Густые «джунгли» не позволяют нам оставить автомобиль на привычном месте. В полусотне метров от него Лева жмет на тормоз, поскольку дальше уже не проехать.

Взяв рюкзаки и удочки, идем своим ходом. Под ногами хлюпает вода, это «Генкин ключ», оставшийся без надзора и ухода, снова «заболотил» территорию. Вперед ведет еле заметная тропа, возможно, одинокий рыбак прошагал по ней. Попадаются местами примятые толстые стволы борщевика, разросшегося по всей дороге, которую четыре года назад расчищал трактор. А сейчас тут сплошной бурьян, через который мы с трудом пробираемся и, наконец, доползаем до места.

Ну, здравствуй, Ватэмкар! В нынешнем сезоне впервые приходим сюда. У подножия горы раньше лежали две большие ели, принесенные половодьем три года назад. Сейчас этих деревьев нет. Возможно, их забрала с собой разлившаяся весной река. Зато на склоне лежат три елки корнями к берегу. Похоже, что оползень стянул деревья вниз. Хорошо хоть не до самой воды, поэтому мы можем пройти по береговой кромке.

Со склона под соснами сдираю мох и кладу в банку с червями для лучшей их сохранности. По веткам скачут и щебечут синицы — верный признак продолжающейся осени. Птицы из леса постепенно жмутся к человеческому жилью, в кронах высоких елей перекликаются дрозды.

«Отчаянный парень»

Напротив красной горки Пызеп сужается и создает быстрый поток, сливающийся струями в большой омут, формируя у берегов заливчики с обратным течением. В таких местах мы обычно рыбачим.

Я ухожу вверх по течению реки, поглядывая на буруны. Располагаюсь на свободном от кустарников участке, где на границе с омутом образовался крошечный островок. За ним есть шанс поймать окушка или голавлика. Правда, в этот раз клюют только пескари и «солдатики».

В болотниках прямо по воде ухожу дальше, продолжая проверять свою рыбацкую удачу. Начинают попадаться голавлики и много ельцов. Иногда удается выловить сразу пару.

Слышу, как в десяти шагах от меня за кустами ивняка Володя с Левой принимаются что-то шумно обсуждать. Выдвигаюсь к ним и располагаюсь поблизости. Оказывается, несколько минут назад у Вовы произошла поклевка голавля и над водой показалась большая голова.

Володя стал тянуть к берегу, но в какой-то момент, когда делал перехват, дал слабину. Рыба воспользовалась этим шансом и тотчас сошла с маленького крючка. По словам приятелей, упущенный трофей мог потянуть на два с половиной кило. Досадно!

Я напоминаю, что при вываживании этой рыбы всегда надо держать в натяжку. Несколько лет назад голавль схожих размеров оставил меня с носом. Произошло это почти здесь же, только на другом берегу. Крупный обитатель реки с треском оборвал метров пять лески и ушел вместе с поплавком. Голавль — «отчаянный парень», с ним шутки плохи. Чуть зазеваешься — и все, он уже «тю-тю»…

Следом Володя поймал сорожку с большую ладошку и несколько ельцов и пескарей. После этого наступила тишина: видно, у рыбы начался обед. Ни у кого из нас не клевало. Решили закругляться и двигаться в сторону машины.

Я сломал два высохших ствола борщевика и пошел с ними, как с лыжными палками, имитируя скандинавскую ходьбу. Пробираться через «джунгли» стало легче, и мне постепенно удалось догнать далеко ушедших компаньонов…

На излюбленном месте

Поздно вечером позвонил Лева и вдруг предложил:

— Поехали рыбачить в Сардык? Это в Кировской области, километров 130 от нас. Выезд ночью, а к обеду, часам к трем, думаю, вернемся.

Я, конечно, отказался. Через день Лева рассказал о результатах той рыбалки:

— Хорошо, что ты не поехал. Я ловил тремя удочками и поймал… всего одного карася! А мой напарник добыл пять кило рыбы. Он пользовался болонской удочкой.

В обед следующего дня на связь вышел Леня Поторочин:

— Погода хорошая, может быть, куда-нибудь съездим?

Я предложил на выбор Парзинский, Кочишевский и Пудемский пруды. Поехали на ближайший из них. На окраине деревни на проводах сидело около 200 щебечущих ласточек. Поставив машину на привычное место, уходим на излюбленные места.

Сегодня Леня решил не бегать вдоль берега, а расположился почти рядом со мной. Делим на газете опарышей и червяков. Срезаю ножом разросшиеся ивовые ветки, чернопалочник, хвощ, осоку.

Первым делом бросаю по одной горсти сухарей в камыши по обе стороны от себя. Минут через десять передо мной замелькали тени рыбок, раздалось цоканье и чмоканье.

Караси темной стаей проталкивались поближе к угощению, мордами выталкивали сухарики на открытую воду, где устраивали возле них карусель. Каждый пытался откусить крошку. Настроив нужную длину лески до поплавка, делаю заброс в этот аттракцион. Есть первый карась! И пошло-поехало, передохнуть некогда.

Пакет, наполненный рыбой, прячу на дно рюкзака — у Лени есть привычка сравнивать наши уловы. Сегодня он складывает пойманных карасей в пятилитровую прозрачную пластиковую канистру с водой. Решил их выпустить в пруд садового общества, где имеет земельный участок.

А у меня тем временем и второй пакетик наполняется рыбой… Обращаю внимание на ласточек, которые стали стремительно с визгом носиться над водой. На небе появились длинные перистые облака, а вокруг солнца показался кусок радуги. Думаю, что все это предвещает скоро изменение погоды.

Солнце незаметно уходит за горизонт. Леня меняет воду у карасей, и мы в сумерках отправляемся домой. Хорошо, что в преддверии зимы успели поймать рыбацкое счастье!

Геннадий Ложкин, Удмуртская республика

Источник ➝

Нежданный гость

Лето уже было на излете. Сижу с удочками под обрывом, берег позади — обрывистая стена, по которой чуть ли не до воды свисают девичьими косичками переплетающиеся меж собой корни шиповника. Ягоды на кустах уже налились, краснеть начинают — вот-вот созреют.

Пока еще не вечер, клева почти нет. Взялся только окунек с четвертушку, но заглотил червя так глубоко, что чуть ли не со всеми внутренностями пришлось крючок вынимать. В садке он трепыхнулся несколько раз и заснул, перевернулся вверх брюхом и затих.

Я ждал новых поклевок. Аркаха — напарник мой — расположился за кустами поодаль, притаился, сидел ниже воды, тише травы: тоже, видать, стороной удача обходила. Безмолвие царило полное: ни рыбьих всплесков, ни птичьих пересвистов.

Осторожный зверек

Вдруг сверху услышал какие-то звуки непонятные — кто-то фыркал или носом шмыгал. Обернулся, поднял голову и взглянул на шиповник: вот это да! Гость объявился! Да и какой!

С тропы, по которой я подходил к обрыву, на меня смотрела маленькая остроносая мордочка. Лисенок! Я только чуть приподнялся — он тут же исчез. Мне пришлось затаиться снова, но теперь уже сидел в полоборота и наблюдал сразу и за поплавками, и за проемом на тропинке — не появится ли зверек снова.

И он не заставил себя долго ждать. Сначала робко показалась его мордочка, потом лисенок осмелел и вновь поднялся во весь рост на самом краю обрыва и снова фыркнул, словно давал знать о себе. Но, только стоило мне шевельнуться, зверек тут же развернулся... и поминай как звали, будто его и не было!

Подарок для лисенка

Решил я этого неожиданного и боязливого гостя угостить. Достал из садка уже недвижимого окунька и немного поднялся наверх по склону, придерживаясь за свисающие лианы корней. Потом будто на высокую полку выложил на примятую траву заснувшую рыбку и, осыпая песок, скатился к торчащим над водой удочкам.

Пока я их проверял да обновлял на крючках насадку, не до лисенка было. Даже головы не задирал на свисающие с берега заросли шиповника. Закончил с удочками, забросил их, обернулся и... даже замер, стоял, как вкопанный, даже шевельнуться боялся!

Маленький лисенок был там, на прежнем месте. Он вытягивался и мордочкой по сторонам водил. Пугливости, как я заметил, у него уже меньше стало. Не убежал при первом моем движении, а лишь попятился и сжался в комочек.

Вторая порция

У меня появилась догадка: похоже лисенок уже стрескал окунька и еще выпрашивает. Я наклонился к садку, вынул второго и осторожными шагами подошел к обрыву. Тут уж у зверька смелости не хватило: убежал, только хвостом махнул.

Пришлось мне альпинистом карабкаться наверх. Я оперся локтями на притоптанную дернину и оглядел тропинку, уводящую в густые заросли. Ни окунька того, ни лисенка…

Выложил вторую рыбку, немного подождав, с шумом скатился вниз. Только отряхнулся и снова уселся на стульчик, как мой лесной гость тут же объявился. Он глянул на меня, схватил угощение и... был таков!

Сомнения напарника

Тут верхом сквозь густые колючие заросли пробрался ко мне Аркаха. Надо, мол, рыбу ловить, а ты все куда-то ползаешь!

— Или у тебя там клев начался? — поинтересовался напарник.

Я рассказал ему о своем необычном госте, но Аркаха, похоже, не принял это за чистую монету.

— Да ну, мол, показалось тебе… — отрезал он. — Какой может быть лисенок? До леса отсюда палкой не добросить…

До самого вечера я нет-нет да и стрелял глазами на обрывистый берег. Но зверек так больше и не показался. То ли Аркаха его напугал и он убежал куда-нибудь с глаз людских, то ли — уже сомнения меня начали брать — его и не было вовсе. Может, птица какая меня объегорила или кошка из ближайшей деревни прибегала?

Ночной визитер

Опустилась ночь. Мы с Аркахой сидели у костра, чаи гоняли, тихо беседовали, чтобы перезвон бубенчиков не прослушать. И вдруг в стороне от нас глаза чьи-то сверкнули. Притихли мы, стали присматриваться и увидели, что это лисенок крадется.

Вот он все ближе и ближе, совсем скоро рядом будет. Но тут костер громко стрельнул, и зверек сразу же с шумом бросился наутек. Вскоре появился снова, но уже с другой, плохо освещенной, стороны.

А я тем временем уже приготовил ему угощение — трех или четырех уклеек. Осторожно подбросил их навстречу гостю. Он сначала испуганно отпрянул в темень, а потом показался вновь и одну за одной отнес всех рыбок в непроглядную чащу.

Пригодившаяся рыбья мелочь

Утром, когда мы уже были около удочек, зверек снова подходил к костру и даже осматривал наши рюкзаки, что-то вынюхивал, находил и подбирал за нами. Уезжая домой, я и Аркаха отложили под кустик неподалеку от костра рыбьей мелочи, которую специально не выбрасывали, а оставляли для столь смелого и доверчивого лисенка. Однако он в тот день больше не появился.

Но до конца сезона, когда мы приезжали рыбачить на это место, рыжий зверек был тут как тут! Он или сразу показывался нам на глаза, или вечерами приходил к полыхающему костру. И мы всегда первым делом запасались мелочью, чтобы не ударить в грязь лицом перед гостем, чтобы было чем его угостить...

В начале октября я вновь побывал там. Приезжал не столько из-за рыбы, которая уже начала скатываться с перекатов, сколько из-за него, маленького лисенка. Всю ночь палил костер, оглядывался по сторонам. Но он так и не пришел. То ли охотники его напугали суматошной пальбой по уткам, то ли повзрослел и осторожнее стал — решил прятаться где-то от глаз людских… А впрочем, все может быть…

Алексей Акишин, Костромская область

Картина дня

))}
Loading...
наверх