Охота и рыбалка

25 562 подписчика

Свежие комментарии

  • Сергей Плугарев18 января, 16:44
    Мне тоже повезло, и тоже нож спас меня (увлекся преследованием раненой лисы, но она то 5 кг максимум)Тонкий лёд
  • Лариса Лазуткина13 января, 11:39
    Браконьерство это не только опасное социальное зло. Это в первую очередь, и во все остальные очереди, измена Родине, ...Браконьерство — о...
  • Василий Шафранов13 января, 11:34
    Возможно, для автора станет откровением, но наиболее опасно не нарушение правил охоты простыми охотниками, а охотника...Браконьерство — о...

Рыбалка — это святое

Все мы знаем, что в древнейшие времена человек добывал себе пропитание охотой, рыболовством, собиранием разных съедобных плодов, корешков и т. п. А сейчас что? Заработал человек энную сумму, пошёл да купил себе все, что надо. Или — на что денежки хватило. Ну, что-то ещё не без труда вырастил в своём огороде.

Фото: Андрей Яншевский.

Фото: Андрей Яншевский.

А как же с древнейшим инстинктом добытчика?

Дремлет-то он практически в каждом из нас.

Но нередко, зевая и потягиваясь, все же просыпается.

Впрочем, обо всем по порядку…

Давно это было.

Так давно, что иногда кажется — может, и не было вовсе.

Собрались мы на очередную рыбалку.

Желающих набралось аж десять человек!

С трудом, но все же «выбили» на работе разрешение на поездку на служебном Уазике — «буханке». Собрались ещё в темноте, сели, поехали. А место рыбалки за всеми хлопотами каким-то образом осталось «в скобках».

«Куда, собственно, едем-то?» — не выдержал один из нас, Мих-Мих (это, понятное дело, сокращение.

На самом деле — Михаил Михайлович).

«Я те покудыкаю! Добра не будет! — живо отреагировал наш "старшой" Борис Петрович. — На Рузу мы едем, за окунем».

Ну, на Рузу, так на Рузу. За окунем, так за окунем.

Разговоров по дороге, как всегда, хватало. О работе, по общей договорённости, «чтоб ни слова!» Вдруг начали выяснять, кто, когда родился. Из одиннадцати человек, включая нашего водителя Саньку, пятеро — Водолеи! Во, блин, как нас много!

Договорились, что Водолеи — одна команда, а остальные — другая. Пободаемся, мол, кто кого обловит. Кто победит, тот и будет решать, куда (извините, «в какое место») поедем рыбачить в следующий выходной.

Так вот, за разговорами, и добрались до места. Снегу было мало, а потому доехать удалось до самого берега. Разобрали ящики и коловороты, вышли из «буханки». «Ну, с Богом!» изрёк наш старшой, и все дружно с обрыва буквально «сползли» на лёд. На чем? На всем!..

Я маленько задержался у машины, честно сказать, не без задней мысли. (Санька-то тоже вышел!) Я, говорит, покурю да спать лягу.

Говорю ему: «Слышь, Водолей, а не спуститься ли тебе на лёд? Хоть посмотришь, зачем ты нас сюда привёз».

«Че я, — отвечает Санька, — совсем что ли без башни? Холодно же, минус пять, а я, видишь, как одет? Да и не интересно мне, даже летом сроду не рыбачил. Не, лучше спать пойду, а то ещё обратно долго ехать».

«Да ладно тебе, спустись на пару минут, хоть морально поддержи братьев-Водолеев! Нас же меньше!»

«Ну хорошо, — решается Санька, — разве что поддержать маленько».

Спускаемся с ним на лёд. Торопливо пробуриваю лунку буквально в пяти метрах от берега. Ого! А глубина-то больше двух с половиной метров! Санька ещё тут, рядом. Это то, что надо. Побыстрее опускаю мормышку с мотылём до дна.

«Сань, подержи-ка удильник, вторую лунку пробью». Тот молча берет в руку снасть и стоит, курит. Вдруг «Ой!»

Гляжу, а он, бросив и удочку, и окурок на лёд, леску на ладонь наматывает. «Там кто-то есть!» — и вытаскивает из лунки вполне подходящего «полосатика». Потом кое-как снимает с крючка окуня и отправляет мормышку с остатком мотыля в лунку, почти сразу вынимает такого же красавца.

Видя его просыпающийся азарт, как можно равнодушнее (главное, не спугнуть) прошу его вернуть удочку. «Иди спать, Саня, а то замёрзнешь».

«Не, мне уже тепло. Дай-ка лучше вот этих, красненьких, да покажи, как их лучше на крючок цеплять».

Ура, удалось разбудить в нем древнейший инстинкт добытчика! Дело пойдёт!

Выполнил просьбу насчёт мотыля, а потом и сам занялся рыбалкой. Окунь в тот день клевал неплохо, с небольшими перерывами. Были перерывы и у нас — то захотелось чайку горячего хлебнуть, то место сменить, то ещё что-нибудь отвлекало от главного.

А один перерыв, довольно любопытный, связан был не с рыбалкой, а как ни странно, с охотой.

Сначала вдалеке послышалась пара выстрелов, минут через пятнадцать-двадцать ещё один, уже значительно ближе. А потом на бровку обрыва, прямо над нами, выскочил здоровенный заяц-беляк и замер, поводя ушами с чёрными кончиками.

Его заметили почти все (сидели лицом к обрыву). Косой вдруг буквально сковырнулся с обрыва и, не особо спеша, поскакал между рыбаками в сторону стоящего на другом берегу густого леса. Что это с ним? Что его заставило проявить такую храбрость? Ага, а вот и причина. На обрыве появились два охотника на лыжах. Они, выходит дело, «тропили» косого по следу.

Увидели его, да что толку? Куда ж стрелять, по рыбакам что ли? А тот, как будто понимая, что теперь его не тронут, сначала вообще сел, а когда кто-то не выдержал и рассмеялся, совсем уж «прогулочным шагом», петляя меж рыбаков, с достоинством удалился.

Охотники, постояв на обрыве и посовещавшись, удалились тоже. Но в другую сторону. Видно, решили, что этот умный ушастик им явно «не по зубам».

Тем временем наш герой Санька накидал рядом со своими двумя лунками уже порядочную кучу окуней. Она-то, видимо, и соблазнила двоих припозднившихся рыбаков. Те, едва сойдя на лёд, решили «обрубить» новичка и с обеих сторон от него пробурили по лунке.

Не тут-то было! Он вытаскивает, а у них — полная тишина. Терпения хватило ненадолго, вскоре ушли. Санька пересел на одну из их лунок и том же темпе продолжил освоенный процесс извлечения рыбы.

Недалеко от нас с Санькой сидел и «старшой» Борис Петрович. Решив малость передохнуть и размяться, подхожу к нему. Он в азарте, не замечая ничего вокруг себя, таскает окуней на блесну, буквально одного за другим. Вытащив очередного, несколько крупнее остальных, он мгновенно, торопясь, бросает блесенку… в кучу рыбы, а пойманного отличного окуня — в лунку! Ах ты, боже мой! Вот так фокус! Надо же так увлечься!

Расстроенный «автор фокуса» с досады плюнул в сторону и тоже встал с ящика. Надо же как-то прийти в себя, успокоиться.

Возвращаюсь к своим лункам и к «новообращённому» рыбаку. Как же он держится на морозе в такой довольно лёгкой одежде и обуви? Мне его даже жалко стало. Вот, думаю, втравил мужика. Посочувствовал ему, посоветовал все-таки пойти в машину погреться и перекусить. А он хоть бы что! Меня, говорит, азарт греет и кровь молодая.

Ну вот, минута за минутой, час за часом — рыбацкий день и закончился. Собрались к машине, как говорится, «подбили бабки». И в сумме мы, Водолеи, таки обловили остальных, хотя нас было на одного меньше.

Спасибо Саньке с его уловом, он ведь обловил почти всех, кроме «старшого». В следующий раз поедем туда, куда укажет «команда Водолеев». Но вполне может случиться, что направимся опять туда же. А удочку свою подарил Саньке. На счастье…

Обратно добрались без всяких приключений.

В понедельник, придя на работу, встретил Саньку. Первое, что он сказал: «Слушай, Водолей, спасибо, что меня "разбудить" сумел. Спасибо. Кстати, Иваныч, а вот эту хрень, какой во льду дырки делают, где взять и почём она?» Конечно, объяснил.

Спустя ещё пару-тройку дней в разговоре с Санькой узнал от него ещё кое-какие детали, связанные с той его первой рыбалкой.

Во-первых, Санька обзавёлся полным набором снастей, коловоротом и тёплой экипировкой.

Во-вторых, новые друзья-рыбаки теперь называют его уважительно, хотя и с юмором, на японский лад — Сан-Саныч-сан.

В-третьих (и в главных!), жена Сан-Саныча очень высоко оценила добычу мужа, впрочем, как и её вкус. Правда, при этом выдала и такую фразу «Ты и раньше был мастак насчёт "приврать", а что ж теперь-то будет? Ведь рыбаки — они на это мастера!»

На что муж гордо ответил: «Про рыбалку — врать? Да "ни в жисть"! Рыбалка — это святое!»

Вячеслав Семенюк

 

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх