Хитрые судаки

 

Картинки по запросу судаки

Как-то в начале сентября в пятницу поехал я к брату в Жидачев помочь картошку копать. Поехал после работы, под вечер. Так, чтобы на субботу остаться.

Брат с женой  накопали четыре мешка картошки и уже собирались на велосипедах их домой завезти. 
- Вот хорошо, что ты как раз подоспел, - обрадовалась  жена брата, - мне теперь только мотыги нести придется! .. 
- Ничего, - подмигнул брат. - Зато мы на рыбалку сходим, раз дождь нас с огорода прогнал. 

На рыбалку, то и на рыбалку. Оно и еще лучше. А картофель еще выкопаем. Сентябрь только начался. 
Пока я перекусил немного с дороги, Саша быстренько мотнулся в ближайшее озеро и наловил в нем десятка три пескарей. 
- На вечернюю ловлю хватит, - удовлетворенно показал свою добычу. - А надо будет, то еще поймаем. Едем на судака ...
Собрались быстро. А минут через сорок уже и на месте были. Ехали по шоссейной дороге, ведущей к Ходорово. Проехали над Стрыйской рекой. Полюбовались ее крутыми берегами и широкими лесами. А минуя мост через Днестр, там, где Стрый в него впадает, поехали вниз по течению уже по  грунтовой дороге. 
Брат дорогой хорошо разогрел мой интерес к предстоящей встрече с судаками, рассказывая о месте, которое он нашел не так давно. 
- Однажды я там восемнадцать судаков взял! От килограмма до двух! Едва заставил себя удочку смотать, а то и всех переловил бы ...
Я брату верю. В отличие от некоторых горе-рыбаков, он всегда говорит только правду. Я и сам в него этому научился. Так же, как и рыбу ловить. Брат старше меня на шесть лет, и именно он меня, тогда еще шестилетнего пацана, впервые взял с собой на рыбалку, после чего я заразился этой болезнью на всю жизнь, и за что ему очень благодарен. Вот только уловов у меня таких не было как у брата. Хотя и живем неподалеку друг от друга, а выбраться к нему все времени не хватает. А рыбалка у Николаева значительно хуже, чем в Жидачеве. У них он один Стрый река чего стоит! И Днестр здесь на рыбу значительно богаче, чем у нас. 
Привел меня Саша на место и говорит:
- Вот здесь и лови! С судаком ты уже не раз встречался, знаешь как его брать. А то, что к воде далеко, не очень беспокойся. Поводи немного рыбу, помучай, а потом поднимай ее медленно, как ведро из колодца. А я пойду на леща поохочусь. 
Место действительно было не самым лучшим для рыбалки. Только теперь я понял, почему мы подсак с собой не взяли. Какой может быть подсак, когда к воде более двух метров? Но яма была интересной. Метров через четыре она прилегала к крутому глинистому берегу, постоянно подымаясь водой. Обратное течение, как бы нехотя отделяясь от основного речного потока, постоянно крутилось под берегом, добавляя плесу еще большей таинственности. В темноте воды угадывалась глубина. С обеих сторон ямы, выше и ниже по течению из воды поднимались большие кусты ивняка.
Здесь действительно должен держаться хищник. И он не заставил себя долго ждать. Не успел мой поплавок проплыть и двух метров по течению, как кто-то поспешно но настойчиво потянул его в глубину. Протянул с метр под водой и выпустил. Через секунду маневр повторился. А при третьей потяжке поплавок уверенно потянуло на дно. 
Типичная судаковая  поклевка. Сначала подавить жертву, затем развернуть ее головой к себе, а потом уже глотать и возвращаться на место засады. 
Подсечка - и под водой кто-то нахраписто потянул мою снасть в нависшее над водой ветки.
Та нет! Туда я тебя не пущу! Тебе, конечно, хочется с перепугу забиться где-то в коряги и оборвать там эту тонюсенькую леску, которую ты только сейчас сумел разглядеть в едва скаламученной стрыйской воде. Но мне хочется хотя бы посмотреть на тебя, судачат, на того, кто решил полакомиться подброшенным мной живьем и таким образом испытать мое умение. Не на того напал! Хотя на поверхность я тебя все же вытащу! А там уже посмотрим! ..
Судак был красивый. Не менее полутора килограмма весом, он уверенно рвался в глубину, испытывая мою леску на разрыв. И как бы он ни упирался, судак - не карп. Ему не свойственна стремительность и неистовый напор первого порыва настоящего речного сазана. Не может он бороться до последнего, как это умеют делать вязи или голавль. Но и судак - достойный противник рыбака. Не каждый знает, что основной свой рывок, основную попытку обмануть рыбаков он приберегает напоследок. Если судака тянуть напролом, поверив в пассивность его борьбы за свободу, то уже под самым берегом он обязательно сделает свой основной рывок, после которого большинству рыбаков приходится лишь тосковать по красавицей-рыбой, которая и была совсем рядом, но продолжает оставаться в своей родной стихии. А сам рыбак, несолоно хлебавши, вынужден лишь стряхивать с себя брызги воды,
Я все это знаю и поэтому даю заарканений рыбе вволю нарадоваться борьбой, а заодно и устать. Чтобы потом легче было на крутояр вытащить. Только в кусты его пускаю. А на чистом плесе пусть крутится, сколько захочется. 
И судак - не боец. Уже через несколько минут упорной борьбы за выживание он значительно ослаб и позволил себя подтянуть почти под самый берег. Я внимательно наблюдаю за ним, готов в любой момент отпустить катушку и отдать ему несколько метров лески. Рыба пытается осуществить свой последний рывок, и это ей не удается. Уставшая, она занимает всего полтора-два метра лески и почти без сопротивления позволяет снова привлечь себя к берегу. Если бы рядом был подсак, да еще и чтобы берег не был таким крутым, то мог бы я этого судачка считать своей добычей. А так приходится немного попереживать.
Пытаясь резко не дергаться, быстро подкручиваю катушку, одновременно опуская свое удилище все ниже и ниже к воде. Чем меньше жилки останется между удилищем и рыбой, тем труднее ей будет оборвать ее. А потом начинаю осторожно поднимать удилище с заштопореною пальцем катушкой, пытаясь якнайспокийнише взвесить рыбу на берег. Это действительно чем-то напоминает процесс извлечения ведра воды из колодца, когда осторожно вытаскиваешь ведро с таинственных глубин, стараясь как можно меньше расплескивать воду.
Первого своего судака я таки вытащил на берег. Только оказавшись в крапивных зарослях, он сделал несколько отчаянных попыток вернуться в родную стихию, подпрыгивая над землей в поисках пути к воде. Именно такой момент порой даже становится жаль этой великой, сильной рыбы, которую так коварно обманули и лишили возможности в дальнейшем парить в глубине в компании себе подобных. Но это уже мой рыболовный трофей, которого я с гордостью буду показывать своим домашним, рассказывая им о борьбе с достойным противником. 
Второго судака я вытащил таким же образом, а вот третий и четвертый были более хитрыми. Один из них таки оборвал мою снасть, а второй сумел снять с крючка пескаря и оставил меня с носом.
Уже перед самым закатом на яму неожиданно налетела стая жерехов, которые согнали сюда огромное количество верхушек и устроила на них свое царская охота. Будто по велению какого-то своего воеводы одна часть хищничают войска надежно закрыла выход из ямы, и верхушки теперь никак не могли вернуться в реку. А несколько метровых рыб начали разбойничать в самой яме. Врываясь в стаю мальков, они глушили их мощными ударами хвостов и, развернувшись, спокойно хватали приглушенных рыбок, набивая ими свои ненасытные живота. Насытившись, эти жерехи выходили из ямы и становились на страже, а их место занимали другие, и разбой продолжался с новой силой.
Самым интересным было то, что все это происходило почти у меня под ногами, за каких-то три-четыре метра. Осторожный обычно жерех будто и не обращал внимания на человека с удочкой, открыто стояла на берегу и, раскрыв рот от неожиданности, с восторгом наблюдала за этим стайная охотой. 
Только раз за всю свою богатую рыболовную практику мне пришлось быть свидетелем такого необычного зрелища. Метровые рыбы выпрыгивали из воды, хлопая по ней своими хвостами, и сами, как плавились в лучах заходящего солнца. Даже брат, услышав невероятный шум на месте, где я остался рыбачить, прибежал посмотреть, что здесь произошло. Будто зачарованные, стояли мы над рекой, не в силах сдвинуться с места. 
Несколько придя в себя, я решил попробовать поймать одного из этих красенив. Так как извлечь его на берег практически не было никакой возможности.
Установив с пол метра глубины на удочке, я насадил на крючок наиболее вялого пескаря и тихо забросил свою снасть на место разбоя жерехов. Не успел Саша выразить своего сомнения относительно вероятности поклевки, как поплавок скрылся под водой, будто бы он только мгновение назад проплывал между волнами. 
- Неужели взял? - удивленно прошептал брат. 
Я тем временем сделал взвешенную подсечку и через минуту вывел на поверхность ... килограммового судачка. Он не очень брыкался. Через миг оказался на берегу, в компании моих пленных.
В течение еще каких-то десятка минут, пока можно было видеть поплавок, среди воюющих жерехов я выловил еще двух судаков. Сама же Царь-рыба над моими попытками только насмехалась и била хвостами по моему поплавку так упорно, что, пожалуй, ни один поплавок за всю историю своего существования не испытывал столько побоев ... 
Вот вам и судак! Рыба, которая привыкла жить на самом дне, при благоприятных для нее условиях поднялась на поверхность и начала активно подбирать чью добычу, не слишком перемаючись тем, что самым охотникам это может понравиться. На следующее утро снова шел дождь, и мы поехали на речку. Но не суждено! .. В течение ночи вода поднялась более чем на полметра, помутнела, и река стала уже совсем другой. Только одну-единственную поклевку я имел в течение утра и только один судак тогда стал моим трофеем.
Больше в той яме мне рыбачить не пришлось. Как потом рассказывал брат, и сама яма стала не та, и судака в реке значительно меньше. А жаль. 
А картофель после обеда мы таки выкопали.